Марина жила и работала в мастерской, подаренной ей дедом до замужества. Когда свекровь Тамара Павловна попросилась пожить там на время ремонта, Марина согласилась. Но временное пристанище растянулось на три месяца: свекровь распоряжалась пространством, задевала невестку и вместе с сыном Денисом убеждала её подарить мужу половину квартиры. О ремонте на старом адресе Тамара Павловна говорила с августа. Однако Марина заподозрила неладное и запросила выписку из реестра: жильё свекрови было продано ещё 19 мая. Денис подтвердил, что знал о сделке, а деньги мать передала дочери Свете, которой нужно было погасить ипотечные платежи. Марине об этом не сказали. Перед встречей у нотариуса знакомый юрист объяснил: поскольку квартира получена в дар до брака, она принадлежит Марине и не подлежит разделу. Если же оформить долю на мужа, вернуть её будет нельзя. В нотариальной конторе Марина показала выписку и спросила Дениса, знал ли он о продаже. Он признался, что знал, но жена впервые услышала об этом. Марина отказалась подписывать документы. Вернувшись домой, она предложила оплатить свекрови аренду отдельной студии на полгода, но поставила условие: Тамара Павловна больше не будет жить в её квартире. Денис решил уехать вместе с матерью. Вскоре супруги развелись; мастерская осталась Марине. Позже Денис попытался наладить отношения и пообещал, что мать больше не появится на пороге. Марина отказалась возвращаться: для неё решающим стало то, что муж скрыл правду и поддержал требование передать часть её жилья. Она восстановила мастерскую и снова расставила дедушкины чашки, убранные свекровью на антресоли.
